Первый конфликт магнетизма с добродетелью

Так сложилось, что пробуждение большого интереса к гипнозу в Европе оказалось связанным с исследованием лечебных свойств магнита. Впрочем, при более основательном размышлении эта взаимосвязь перестает казаться совпадением и в ней усматривается глубокая закономерность: удивительнейшее явление неживого предметного мира — способность влиять на расстоянии — содействовало открытию аналогичного, но более многообразно проявляющегося свойства в мире живых существ, в т.ч. человека.

Совершенно уникальная особенность магнита привлекала внимание магов и делителей с древнейших времен. Их логику можно легко понять: ведь то, что, бесспорно, проявляет свою силу даже на расстоянии, не может не оказывать влияния на жизненные процессы. Так или иначе, исследование целебных свойств магнитов не прекращалось, и положительные результаты не замедлили появиться.

Письменные источники поведали, что еще в XIII в. женевский физик де Герсю заметил благоприятное действие на человеческий организм воды, ранее облученной магнитным полем. Однако подлинным энтузиастом применения магнита в лечебных целях явился знаменитый алхимик, врач и естествоиспытатель XVI в., не чуждый магии и оккультизма, Парацельс. «Я утверждаю ясно и открыто, — — писал он, — на основании произведенных мною опытов с магнитом, что в нем сокрыта тайна высокая, без которой против множества болезней ничего сделать невозможно… Магнит долго был у всех на глазах, и никто не подумал о том, нельзя ли сделать из него дальнейшего употребления и не обладает ли он и другой силой, кроме притяжения железа. Вшивые доктора часто тычут мне в нос, что я не следую за древними; а в чем мне им следовать? Все, что они наговорили о магните, — ничто. Положите на весы то, что я о нем сказал, и судите. Если бы я слепо следовал за другими и сам не ставил опытов, то я знал бы только то, что знает каждый мужик, — что он притягивает железо. Но человек мудрый сам должен испытывать, и вот я открыл, что магнит, кроме явной, каждому в глаза бросающейся силы — притягивать железо, — обладает и другой, скрытой силою… Он излечивает истечения из глаз, ушей, носа и из наружных покровов. Тем же способом излечиваются раскрытые раны на бедрах, фистулы, рак, истечения крови у женщин. Кроме того, магнит оттягивает грыжу и исцеляет переломы, он вытягивает желтуху, оттягивает водянку, как я неоднократно убедился на практике; но нет нужды разжевывать все это невеждам» .

Ученики Парацельса продолжали развивать учение о целебной силе магнита. В их ряду значатся такие имена, как Гельмонт, а после него Коклениус, опубликовавший в 1608 г. «Трактат о магнетическом лечении ран», в котором высоко расценивается этот способ врачевания.

Исключительно важными и для последующего развития медицины оказались опыты по изучению лечебного действия магнита, проведенные значительно позже доктором медицины Венского университета Францем Антоном Месмером (1734—1815). Он также увлекся модным в то время лечением магнитами, но при этом обнаружил неожиданно совершенно необычные факты. Оказалось, что для успеха «магнетического» лечения совсем необязательно применение магнитов, — положительный результат наступает и без них, при участии одного лишь врачевателя. В результате тщательных и многократных проверок Месмер пришел к выводу, что дело здесь не в магнитах и что из всех природных тел на человека сильнее всего действует сам человек. В качестве активного целебного начала им была принята некая «жизненная сила», истекающая из нервов на концах пальцев, которой он дал условное название «магнетического флюида». В этой неизвестной субстанции он видел единственного посредника между врачом и больным.

Надо сказать, что этот вывод Месмера нельзя считать совершенно случайным — он был в значительной степени обусловлен обстоятельствами его предшествующего научного и жизненного опыта. Наиболее важными из них были следующие.

В 1766 г. Месмер завершил свое врачебное образование, подготовив докторскую диссертацию, посвященную необычной теме: «О влиянии планет». В этой работе, исходя из идей средневековой астрологии, он допускает влияние созвездий на различные стороны человеческой жизни и рассуждает о том, что некая таинственная сила, изливаясь из далеких небесных пространств, воздействует на каждый материальный объект, причем некий изначальный эфир — таинственный флюид — пронизывает всю Вселенную, а с нею и человека. Этот флюид он обозначил тогда весьма осторожно как «силу всеобщего тяготения».

Вторым обстоятельством, бесспорно сказавшимся на формировании у Месмера идеи магнетических взаимодействий в природе, явилось то, что он был прекрасно подготовленным музыкантом. Идея влияния чего-то, как правило почти неизвестного, на что-то более или менее известное у людей музыкально одаренных заложена в подсознание самой природой и настоятельно требует своего практического осуществления в течение всей их жизни. Будучи превосходным, едва ли не профессиональным музыкантом, Месмер тесно общался с семьей Моцартов и стал, по выражению С. Цвейга, «крестным отцом» первого оперного произведения Вольфганга Амадея Моцарта.

Третьим существенным обстоятельством, способствовавшим появлению концепции магнетизма и тому, что на протяжении нескольких десятилетий она успешно выдерживала злостные нападки противников, была необыкновенная энергетическая мощь самого Месмера, дарованная ему природой.

Месмеровский метод, отработанный со временем в результате огромной лечебной практики, состоял в том, чтобы с помощью особых движений рук — так называемых пассов, наделяющих больного флюидом, — вызвать у него «соматическую разрядку», «исцеляющий криз», который нес с собой облегчение для пациента, а подчас и исчезновение болезненного симптома. Месмер прибегал как к непосредственным контактам (прикосновения, пассы), так и к опосредованным лечебным манипуляциям. Во время коллективных сеансов он использовал своеобразный «чан» — большой круглый сосуд с водой, в котором находились железные опилки, камни, а также металлические прутья, выступающие над поверхностью воды, за которые держались больные. Иногда с целью вызвать «криз» Месмер прибегал и к непосредственному телесному контакту: потирал большими пальцами своих рук большие пальцы рук пациента, во время пассов пробегал пальцами по какому-либо участку тела или по всему телу больного.

Представление о целительной роли «криза» сформировалось во врачебной среде задолго до Месмера. При магнетическом же лечении было замечено, что в тех случаях, когда явного «криза» не наступало, выздоровление нередко проходило через стадию обострения заболевания. Очень важным является признание Месмера, что его магнетическая сила непосредственно помогает только при нервных заболеваниях и оказывает общее оздорав-ливающее действие лишь косвенным образом.

Как видим, те целительные действия, которые применял двести с лишним лет назад Месмер, дошли до нас почти в неизменном виде, да и сама теория флюидов, которую он развивал, в принципе возродилась под названием теории энергоинформационного поля.

Для того чтобы закончить разговор о магнитах, сделаем небольшое отступление и добавим, что многовековые хлопоты человечества вокруг их целебных свойств не являются абсурдными. В 30-х гг. нашего столетия итальянский исследователь Дж. Пиккарди впервые обнаружил несомненную связь между магнитной активностью Солнца и некоторыми изменениями свойств воды. В дальнейшем начала формироваться такая фундаментальная область науки, как магнитобиология. Результаты исследований в этом направлении дают возможность повышать эффективность лечебных воздействий в медицине, продуктивность сельского хозяйства, качество биотехнологий в промышленности.

Возвращаясь к «животному магнетизму» Месмера, следует сказать, что результативность его метода лечения была впечатляющей, а популярность его самого как врача, обладающего исключительными возможностями, вскоре достигла беспрецедентных масштабов.

Характерно, что, стремясь к достижению тесного «телесного контакта» и, по существу, полностью отвергая «словесный диалог», Месмер в ходе сеанса нередко добивался весьма существенного изменения психического состояния больного. Он не раз наблюдал явления искусственно вызванного сомнамбулизма, когда пациент вел себя совершенно спокойно, сохранял способность к разговору с врачом, но не воспринимал раздражений, поступавших из внешней среды. А ведь это было очень важно: в данных обстоятельствах проявлялся «момент истины», зримо обозначалась точка соприкосновения двух интереснейших медицинских явлений, имеющих свою тонкую специфику, — биоэнергетики и гипноза. Однако Месмер не сумел понять огромного самостоятельного значения этого состояния и извлечь из него дополнительный лечебный эффект.

Между тем магнетизм, временно изменяя психический статус больного, в отдельных случаях делал его как бы менее защищенным внутренне. И это, как выяснилось впоследствии, таило в себе возможность злоупотреблений, что нередко и проявлялось в неблаговидных инцидентах, будораживших общественность.

В истории гипноза первым достаточно известным эпизодом, в котором нравственность вошла в противоречие с лечебным магнетизмом, оказались не выясненные до конца взаимоотношения Месмера с девицей Парадиз. Анализируя этот случай, Стефан Цвейг в своей новелле, посвященной Месмеру, почему-то никак не касается чувственной, страстной стороны его жизни, а ведь Цвейг подчеркивает лишь недюжинную физическую силу, выносливость и психическую напористость Месмера, позволившие ему вынести множество неприятностей, впрочем, им же самим и вызванных.

Описывая его наружность, Цвейг отмечает: «… этот Франц Антон Месмер не первый встречный, это чувствует каждый при знакомстве с ним. Уже с внешней стороны бросается в любом обществе в глаза этот хорошо сложенный широколобый мужчина благодаря высокому росту и внушительной осанке… Благотворная уверенность излучается от этого могучего мужчины, которому, при его неистощимом здоровье, суждено дожить до преклонного возраста… Отличительною его чертою, по свидетельству всех современников, является предельное, непоколебимое терпение… В этом спокойствии, в этой твердости, в этом великом и упорном терпении и заключается, собственно, гений Месмера» .

Однако речь о месмеровской гениальности здесь идет в связи с открытием им «животного магнетизма» и теми невероятными усилиями, которые он прилагал для того, чтобы его метод стал общепризнанным лечебным средством. Об этом речь пойдет несколько позднее. В данном случае нас интересует иная сторона вопроса — инцидент, в котором магнетизм (гипноз) оказался «замешанным» в круг противоправных действий. И мы не случайно упоминали о том, что, достаточно полно рассматривая личность Месмера, Цвейг «опустил» чувственную сторону его характера. Логично полагать, что эротичность Месмера должна была соответствовать его недюжинной физической и психической силе. Очевидно, именно эта сторона его натуры и дала повод для тех недоразумений, которые произошли в связи с уже упомянутой девицей Парадиз.

Суть этих недоразумений, имевших достаточно сильный общественный резонанс, состояла в следующем. В Вене всеобщей известностью пользовалась талантливая слепая музыкантша Мария Терезия Парадиз. Большую заботу о ней проявляла сама императрица, назначившая ей значительную денежную пенсию и обеспечивавшая ей бесплатное дальнейшее образование. И вот эту девушку, считавшуюся безнадежно ослепшей в связи с поражением зрительных нервов, приводят на лечение к Месмеру. Перед этим ее годами лечили у знаменитых окулистов, но безрезультатно. Месмер, обследовав девушку, пришел к выводу, что ее недуг обусловлен не столько органическим поражением зрительных путей, сколько функциональными нарушениями в деятельности нервной системы. Для того чтобы иметь возможность более тщательно следить за результатами своего магнетического лечения, которое проводилось бесплатно, Месмер взял девушку к себе в дом вместе с другими пациентками.

Как это ни странно, но так и осталось точно неизвестно, в какой степени эффективным оказалось магнетическое лечение больной. Месмер утверждал, что он почти полностью вернул ей зрение; заявления же профессоров, лечивших больную ранее, отвергали какие бы то ни было признаки улучшения, сводя все к обману и «воображению». В данном случае антагонизм «цеховых интересов» профессиональных окулистов и талантливого врачевателя, пользующегося новым, непонятным и, в сущности, еще не апробированным методом, проявился, по-видимо-му, в полной мере и оказался абсолютно непримиримым.

Ополчившиеся против Месмера врачи приняли все меры для того, чтобы опорочить не только лечебный метод, но и самого врачевателя, публично высказав сомнения в его добродетельности относительно красивой молодой пациентки, длительное время живущей в его доме. Ее родителям, кроме того, «объяснили», что их выздоровевшая дочь потеряет право на императорскую пенсию.

И вот ранее полностью доверявший Месмеру отец девушки врывается в его дом с обнаженной саблей и требует вернуть дочь в семью. Упорно не желающую возвращаться обратно дочь мать жестоко избивает, так что несчастную охватывают интенсивные судороги. Сюжет достоин оперного либретто: несмотря на побои и угрозы, девушка все-таки остается в доме своего врача (не исключено, что и горячо любимого), однако слепота вновь возвращается к ней.

На новый курс лечения у Месмера уже нет времени. Комиссия нравов, отмобилизованная императорским двором, архиепископом и придворными медиками, приказывает «прекратить безобразия» и выдать девицу родителям. Месмер исполняет приказ и покидает Вену с тем, чтобы поселиться в Париже. Описывая это событие, известный в свое время маг и гипнотизер X. М. Шиллер-Школьник вносит некоторые добавочные штрихи к облику Месмера. «Месмер, — пишет он, — родился в 1734 г. в Инцнанге (у Баденского озера) в семье лесничего и, при всей его гениальной и необычайной даровитости, унаследовал также и дурные наклонности отца: корысть, честолюбие и чрезмерную жажду чувственных наслаждений, помешавших ему достигнуть соответствующей высоты. Он преждевременно пал жертвой своей страсти и честолюбия» .

Однако данные другого исследователя жизни и творчества Месмера — Л. Шертока — явно не совпадают с мнением предыдущего автора и вносят в облик Месмера неожиданные черты. В юности, пишет Л. Шерток, Месмер отличался застенчивостью и приобрел уверенность в себе только после женитьбы, которая ввела его в придворные круги Австрии и принесла большое состояние, быстро растраченное им на постройку дворца, где он устраивал нескончаемые празднества. Былая застенчивость компенсировалась у него параноидальной манией величия. В этот период у Месмера сложилось убеждение, что он совершил революционный переворот в медицине и ему уготована роль благодетеля человечества. Об этом свидетельствует тот факт, что, будучи изгнан из Вены, он не колеблясь обращается к французскому королю Людовику XVI с просьбой предоставить в его распоряжение для лечения больных один из королевских замков.

Говорить что-либо определенное о роли эротизма в жизни Месмера на основе тех противоречивых сведений, которые дошли до нас, очень трудно. Известно, что женился он поздно на женщине старше себя, детей у них не было; через несколько лет он расстался с женой, переселившись в Париж. В этом городе, где злословие отнюдь не щадило его, никто ни разу его не упрекнул ни в одном беспутном поступке, как это произошло в Вене.

Л. Шерток также не имеет на сей счет определенного мнения. «Чем это могло объясняться? — вопрошает он.

4 — Полным воздержанием? Сексуальной неполноценностью? В последнем случае, считает фрейдистски ориен-* тированный автор, магнетизм должен был в известной мере служить ему защитой: сознавая свою импотенцию, он то вымещал ее на других в форме параноидальной агрессивности, когда, например, он заподозрил в предательстве своего друга д’Эслона, основавшего собственную школу магнетизма, то подавлял больных добротой (особенно в последние годы в Швейцарии). Однако даже если признать, что сексуальное поведение Месмера действительно было «безупречным», то обо всех магнетизерах этого, по-видимому, никак нельзя сказать» .

И действительно, в справедливости последней фразы приведенного высказывания, как показали последующие события, развивавшиеся вокруг гипноза, сомневаться не приходится. Некоторые факты, свидетельствующие об этом, приводятся в следующем разделе.

 

Источник: * http://www.01101.ru/index.php/2010-09-28-13-57-54/2-2010-09-28-17-58-59.html

Автор записи: Askhont

Если вы заметили орфографическую ошибку, пожалуйста, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Похожие записи:
Оставить комментарий


Подписаться, не комментируя

Система Orphus