Слагаемые действенности гипноза

После того, как мы проследили истоки злоупотребления гипнозом на примерах скандально известных инцидентов прошлого и оценили предпосылки к более серьезным правонарушениям такого рода в наши дни, следует рассмотреть современные научные взгляды на гипноз, касающиеся психофизиологических механизмов столь необычного явления.

Без этого невозможно квалифицированно обсуждать специфику злоупотреблений суггестивными приемами, а также прикладные возможности подобных приемов в оперативно-следствен-ной практике.

Развитие гипноза всегда было связано с исследованием его эффективности как одного из важных психотерапевтических средств. В основном эти исследования проводились врачами различных специальностей. В меньшей степени гипнозом занимались психологи. Как правило, психологические и тем более криминологические исследования гипнотических явлений оказывались «побочным продуктом» многочисленных и разнообразных физиологических экспериментов. В последние годы изучение гипноза ведется также и в целях решения чисто психологических задач в тех случаях, когда он применяется в качестве методического приема для целенаправленного вмешательства в субъективный мир личности. Пониманию механизмов действия гипноза способствуют и те работы, в которых рассматриваются возможности мобилизации с его помощью внутренних резервов человека (при обучении, подготовке к чрезмерным физическим и психическим нагрузкам), способы использования его как действенного психогигиенического средства (аутогенные тренировки). Раскрытию адаптивной, приспособительной роли гипноза способствуют разрабатываемые в настоящее время новые теории сна.

При анализе психофизиологических механизмов гипноза необходимо различать две стороны этого вопроса: во-первых, механизм развития гипнотического торможения как такового; во-вторых, условия и предпосылки действенности словесных внушений в гипнозе, т. е. механизм реализации словесных внушений.

Прежде чем говорить о первой стороне теории гипноза, следует заметить, что психофизиологические механизмы гипнотических явлений включают те естественно сложившиеся функциональные системы, которые связаны с процессом регуляции нормальной жизнедеятельности человека. Это означает, что психические явления, составляющие сущность гипноза, основываются не на каких-то чрезвычайных, специфических и необычных для организма воздействиях и условиях, а на привычных, естественных и потому совершенно безвредных для здоровья. Поэтому наибольшее распространение получили взгляды, усматривающие в гипнозе состояние, в котором происходит многократное усиление защитных, адаптивных и продуктивных функций организма (В. Е. Рожнов, М. Е. Бурно, В. Л. Райков и др.). Адаптивные механизмы гипноза хорошо прослеживаются и в филогенетическом, эволюционном плане. Именно здесь лучше всего видна их приспособительная роль, их физиологическая целесообразность для организма.

Рассмотрим основные условия, необходимые для формирования гипнотического состояния, и нервные механизмы, участвующие в этом процессе.

1) Деактивирующее действие монотонных раздражителей. Монотонность воздействий, свидетельствующая об однообразии, неизменности обстановки, даже у живот-пых приводит к угасанию реакции настораживания и исследовательских рефлексов. Физиологически действие монотонных раздражителей вызывает утомление соответствующих органов чувств и развитие процессов торможения в связанных с ними зонах коры головного мозга, которое затем распространяется на остальные ее участки. Эта закономерность широко используется в приемах гипнотизирования: фиксация взора, монотонность речи гипнотизирующего, пассы, ритмичные тепловые воздействия и другие слабые повторяющиеся раздражения приводят к снижению уровня бодрствования, а затем и к развитию разлитого торможения. Сказанному не противоречит механизм так называемого «молниеносного» гипноза, наступающего под императивным воздействием словесного приказа «Спать!». Таким приемом запускается физиологическая система запредельного торможения, составляющая основу «древнего гипноза» (гипноза животных), который применялся Л. Шарко, В. Я. Данилевским и другими.

2) Релаксация, расслабление мышц. Филогенетически мышечное расслабление призвано готовить нервную систему к отдыху, к переходному состоянию от бодрствования ко сну, от состояния активности к пассивному покою. Гипнология всегда использовала это чрезвычайно сильное соматопсихическое воздействие. Детально исследовал влияние тонуса скелетных мышц на психическое состояние (и наоборот) американский ученый Е. Джейкоб-сон. Впоследствии сделанные им выводы о связи между уровнем, характером бодрствования и мышечным тонусом были убедительно подтверждены и стали одной из важных основ аутогенных тренировок. Нами было замечено, что лица, плохо входящие в гипнотическое состояние или же совсем негипнабельные, не могут полностью расслаблять мышцы. Не исключено, что плохая гипна-бельность вообще обусловлена именно этой причиной.

3) Восприятие звуковых сигналов в просоночных состояниях и во сне. Это — филогенетически, в течение многих поколений сложившаяся «стартовая» роль бодрствующих пунктов коры головного мозга во время сна. Формирование раппорта, т. е. своеобразного информационного контакта, в гипнозе основывается именно на этих естественно сложившихся механизмах высшей нервной деятельности, отличаясь от образования «сторожевого пункта» в естественном сне лишь соответствующими условиями, особенностями психологической установки и мотивации гипнотизируемого. В работах И. П. Павлова было показано, что сонное торможение может быть неполным, частичным как по степени распространения в коре головного мозга, так и по глубине, по уровню проникновения в нижележащие его отделы. Об этом свидетельствуют многочисленные примеры из повседневной жизни человека. Так, глубоко утомленная спящая мать немедленно просыпается от малейшего звука, издаваемого ребенком, но не реагирует на все остальные. Городской житель ежедневно просыпается от сравнительно слабого звука будильника, но, как правило, игнорирует звуковую «нагрузку», создаваемую автомобильным движением, и т. п.

Методика гипнотизирования полностью использует эту особенность высшей нервной деятельности человека. Управление частичным сном (торможением) и появляющаяся при определенных условиях возможность словесного общения со спящим человеком также основаны на нормальных функциях естественного сна. Один из редко применяемых способов гипнотизирования как раз и представляет собой перевод естественного сна в искусственный, управляемый другим человеком. Вступая в информационный контакт со спящим (легче это проделывается с тем, кто имеет склонность разговаривать во сне) и соблюдая определенные правила общения, можно превратить обычный сон в гипнотический со всеми характерными для этого состояния признаками и свойствами.

4) Филогенетически закрепившаяся охранительная роль внушаемости. В этой роли внушаемость чаще всего выступает в тех случаях, когда нервная система человека оказывается ослабленной какими-либо чрезвычайными воздействиями (болезнью, глубоким горем, страхом перед угрозой опасности, трудностью выбора в сложной ситуации, сильным физическим утомлением и т. п.). Эти состояния, снижая уровень бодрствования, часто приводят к развитию так называемой парадоксальной фазы торможения («фазы внушения», по И. П. Павлову), в которой сильные раздражения реального мира воспринимаются хуже, чем слабые словесные воздействия. Характерно, что в большинстве случаев невольным «гипнотизером» оказывается другой человек, к которому обращаются за сочувствием, советом, помощью и который, безусловно, не подозревает о той роли, которую он играет в данный момент. Так или иначе, но во всех перечисленных состояниях внушающее действие слов бывает очень сильным. Только поэтому человек, охваченный горем, всегда шел к другому человеку, и тот считал своим долгом помочь ему советом, словами утешения и сочувствия.

Внушение выступает в роли организующего и охранительного фактора также и при отсутствии опыта поведения в той или иной сложной и незнакомой обстановке. В этом случае поведение человека становится подражательным, вследствие чего повышается степень его внушаемости: человек вынужден воспринимать рекомендации другого без критической оценки, полностью полагаясь на его опыт. Сами по себе волевые качества «ведомого» могут быть достаточно высокими, но они не включаются в систему отношений с «лидером», а направляются лишь на выполнение подсказываемых им действий. На наш взгляд, в подавляющем большинстве случаев гипнотизирование основывается на использовании именно этих психофизиологических механизмов.

Признание лидерства гипнотизирующего в вопросах суггестии при положительном отношении к самому процессу усыпления (что, в свою очередь, может быть связано с различной мотивацией) приводит к временному, ситуационно обусловленному снижению сознательных волевых процессов гипнотизируемого. Точнее сказать, волевые процессы временно не привлекаются «для участия в этой игре». Слово «временно» здесь очень важно. В качестве испытуемых мы нередко погружали в глубокий гипноз лиц с заведомо высокими волевыми качествами (летчиков-испытателей, альпинистов, спортсменов-парашютистов). Для этого нужно было лишь выработать у них откровенно положительное отношение к процессу гипнотизирования, полное понимание важности и необходимости этой процедуры для выполнения конкретной задачи. Разумеется, никаких отрицательных влияний на их профессиональную деятельность или волевые качества в дальнейшем не отмечалось. Наоборот, коррекция состояния и самочувствия в гипнозе на последующий постгипнотический период улучшала их работоспособность, тонизировала физически, повышала уровень выносливости. Необходимость остановиться на этих вопросах возникает потому, что еще и сегодня, причем не только из уст малообразованных людей, но даже из высказываний отдельных ученых, можно услышать, что человек, «поддающийся» гипнозу, является слабовольным субъектом.

Мы рассмотрели основные механизмы, участвующие в формировании гипнотического состояния как особого, самостоятельного вида измененного сознания. Далее, как и намечалось, необходимо обсудить вторую сторону анализируемого вопроса и выяснить причины высокой действенности словесных внушений в гипнозе, а также необычного свойства этого состояния — возможности активизировать репродуктивные, адаптивные, резервные и эвристические возможности центральной нервной системы.

Механизмы высокой действенности суггестивных влияний в гипнозе были раскрыты в работах И. П. Павлова, который писал: «Среди гипнотических явлений у человека привлекает к себе — и законно — особенное внимание так называемое внушение. Как понимать его физиологически?.. Внушение есть наиболее упрощенный типичнейший условный рефлекс человека. Слово того, кто начинает гипнотизировать данного субъекта, при известной степени развивающегося в коре полушарий торможения, концентрируя по общему закону раздражение в определенном узком районе, вызывает вместе с тем естественно глубокое внешнее торможение… во всей остальной массе полушарий и тем самым исключает какое-либо конкурирующее воздействие всех других наличных и старых следов раздражений. Отсюда большая, почти неодолимая сила внушения как раздражителя во время гипноза и даже после него… Многообъемлемость слова делает понятным то, что внушением можно вызывать в гипнотизируемом человеке так много разнообразных действий, направленных как на внешний, так и внутренний мир человека» .

Иными словами, можно сказать, что гипноз представляет собой ситуацию своеобразной «переорганизации сознания», когда функционирующий его центр «перемещается» в сознание другого человека и управляется усилиями последнего. С этой точки зрения аутогипноз

— это искусственная самоперестройка управления сознанием с предоставлением приоритета тем психическим функциям, которые задействованы в решении какой-то актуализированной задачи при одновременной деакти-визации систем, не участвующих в выполнении данной деятельности.

В гипнозе, в условиях сниженного притока внешних раздражителей, сопровождающегося снижением тонуса коры головного мозга, чрезвычайно ярко проявляются репродуктивные свойства центральной нервной системы. Именно это обстоятельство, как будет показано в главе III, используется в так называемом следственном гипнозе. Здесь же следует отметить лишь общие предпосылки к активизации образной сферы во внушенном состоянии.

«Мечтать образами, как известно, всего лучше в темноте и совершенной тишине, — писал И. М. Сеченов. — В шумной, ярко освещенной комнате мечтать образами может разве только помешанный, да человек, страдающий зрительными галлюцинациями, болезнью нервных аппаратов» . Если в обычной обстановке яркость вспоминаемых образов и представлений подавляется многочисленными реальными раздражителями, то в условиях сниженного притока внешних раздражителей поток ассоциативных представлений вызывает необычно яркие образы, в определенной степени компенсирующие ограниченность внешних воздействий.

О. Н. Кузнецов и В. И. Лебедев описывают многочисленные примеры повышения уровня активности репродуктивных процессов у испытуемых во время сурдока-мерных испытаний. Такого рода испытания систематически проводились в начальный период подготовки и осуществления космических полетов. Тогда еще имелись достаточные основания ожидать, что полеты в космос будут связаны с серьезным дефицитом сенсорной импульсации, вызывающим существенное снижение работоспособности космонавтов.

Как показали уже первые результаты космических полетов, опасения психофизиологов, связанные с ожиданием отрицательного действия изоляции космонавтов, оказались преувеличенными. Тем не менее данные, полученные в ходе экспериментов, позволили значительно расширить наши знания о природе и закономерностях формирования сенсорных галлюцинаций, которые чаще всего бывают зрительными. Это могут быть как элементарные образы (светящиеся точки, геометрические фигуры), так и более сложные (видения людей, животных, массовые сцены и пр.).

Галлюцинации у лиц, находящихся в строгой изоляции, появляются и исчезают неожиданно, спонтанно. В большинстве случаев испытуемые не могут их вызвать по своему желанию, продлить или прекратить. Обычно в начале изоляции человек относится к таким явлениям критически. В дальнейшем они могут приобретать самодовлеющее значение и приводить к нарушениям восприятия, когда процессы припоминания принимают характер внешних визуализаций. Вспоминаемые образы при этом проецируются в зрительное поле и как бы подменяют собой реальный объект. Характерно, что чаще всего максимум активности репродуктивных процессов отмечается в переходные (гипноидные, по И. П. Павлову) фазы общего сонного торможения1 .

Следовательно, гипноз как «переорганизованное сознание» является таким состоянием, когда действенность и яркость активированных посредством целенаправленного внушения образов, представлений оказываются сильнее реальных воздействий. Ограничение притока внешних раздражителей и избирательное торможение коры головного мозга представляют собой именно то сочетание условий, при котором репродуктивные свойства центральной нервной системы раскрываются в максимальной степени.

Важной специфической особенностью сонного торможения (полного — естественного сна или частичного — гипноза) является его адаптационная, приспособительная функция. Она состоит в том, что во сне, когда активность систем организма резко снижена, мозг получает возможность «подстраивать» деятельность своих структур в соответствии с информацией, получепной в период предшествующего бодрствования. Эта «подстройка» способствует оптимальному использованию ранее приобретенной информации в последующий период бодрствования. Есть основания полагать, что тормозные (гипноидные) фазы, предшествующие полному сну, призваны фиксировать в сигнальных системах соответствующие символы целей, задач, мотивов, которые становятся задающими механизмами для адаптационной подстройки функциональных систем организма. Гипнология всегда использовала эту важную психофизиологическую закономерность для целенаправленного воздействия на психическое и физическое состояние человека.

Рядом с указанной особенностью гипноза находится его выраженное эвристическое свойство, способность активизировать творческие возможности психики. Уже один из первых исследователей гипноза, Дж. Брэд, отмечал, что музыка делает загипнотизированных способными к необыкновенно грациозным движениям и танцам; при этом они без всякого напряжения могут сохранять любую позу. По его словам, люди, никогда не учившиеся танцам, выполняли в гипнозе движения с такой же грацией, как и артисты балета. А. Молль (1909) сообщает о том, что в начале нашего века в Германии большим успехом пользовалась танцовщица Маделайм. В состоянии гипноза, без предварительного обучения и репетиций она выполняла уникальные танцевальные импровизации. Аналогичные случаи, по утверждению того же автора, наблюдались и в других странах. Имеются определенные указания на то, что необыкновенное мастерство балета Г. Гурджиева, с которым он выступал в ряде стран, объяснялось тем, что артисты исполняли свои номера в гипнотическом состоянии.

Проблемы активизации творческих резервов в гипнозе у юных художников, музыкантов, шахматистов длительное время изучает В. А. Райков. Он, в частности, установил, что весьма действенную роль в этом процессе играет эпизодическое внушение обучаемому конкретного известного образа великого мастера. Этим достигается значительная стимуляция творческих процессов, в том числе и вербально-логического характера. Появляется «новое видение» старых объектов, изменение личности ведет к актуализации иной стратегии мышления, другому набору приемлемых и неприемлемых решений; испытуемый выдает уже не отдельные результаты, а строит целую систему решений. Очень важно, что после таких сеансов проявляется постгипнотическая инерция творческих процессов, создающая у испытуемых положительную индукцию состояния творчества, вдохновения, стремления выразить себя в соответствующем виде искусства .

Рассмотренные нами продуктивные свойства гипноза давно и успешно применяются в медицине, причем популярность этого вида лечебно-коррекционного воздействия с течением времени ничуть не снижается.

Вместе с тем гипноз, как и любое явление природы, может быть носителем не только положительных, благотворных влияний. В определенных ситуациях он становится деструктивным, криминогенным средством. Материалы следующей главы очерчивают те наиболее важные направления, в которых гипносуггестия выступает именно в этой предосудительной роли.

 

Источник: * http://www.01101.ru/index.php/2010-09-28-13-57-54/7-2010-09-28-17-58-59.html

Автор записи: Askhont

Если вы заметили орфографическую ошибку, пожалуйста, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Похожие записи:
Оставить комментарий


Подписаться, не комментируя

Система Orphus