Сюрпризы нейролингвистического программирования

Необходимо рассмотреть одну интересную разновидность гипноза. Речь идет о получившем в последнее время широкую известность так называемом нейролингвистическом программировании (НЛП). Сравнительная простота и высокая действенность этой психотехники могут послужить непреодолимым соблазном для ее широкого использования в противозаконных целях: в рекламе, в СМИ, для формирования измененных состояний сознания и т. п.

Решение задач правового контроля и обеспечения безопасности личности в информационно-психологической сфере требует знания психофизиологических особенностей данного вида психического программирования и своеобразия методических подходов при его практическом использовании.

НЛП является сравнительно новым направлением психотерапии и представляет собой своеобразную ветвь так называемого «эриксоновского гипноза», в котором решающее значение придается работе с образами и воображением. Именно посредством этих психологических рычагов американский гипнотерапевт М. Эриксон смог целенаправленно формировать в сознании и подсознании больного представления, побуждения и установки, необходимые для обретения им психического равновесия и следовавшего за этим выздоровления.

Следует отметить, что регулирующая сила образов (зрительных, слуховых и пр.) намного мощнее и действеннее словесных, речевых внушений, на основе которых строится традиционный гипноз. Эта особенность сложилась в процессе филогенетического развития человека, получившего в наследство от животного мира высокоорганизованную первую сигнальную систему, т. е. систему конкретных чувственно-непосредственных раздражителей и их образов, фиксируемых мозгом. Вторая сигнальная система (речь — «сигнал сигналов») явилась значительно более поздним приобретением психики, и потому ее регулирующая функция проявляется заметно слабее. Именно это дало основание исследователям НЛП заключить, что «слова суть лишь неадекватные ярлыки для обозначения опыта».

Непосредственным создателем данного метода считается Ричард Бэндлер, один из слушателей курса гипноза, проводившегося Эриксоном. Его лекции оказали на Бэнд-лера плодотворное творческое влияние, и вскоре он по собственной инициативе принялся за разработку методов психического программирования. Есть сведения, что в начале этой работы он сотрудничал с психотерапевтом Джоном Гриндером. Успехи в исследовании нового направления психорегуляции оказались настолько продуктивными, что уже в 1977 г. Бэндлер начал проводить свои первые семинары по НЛП.

Большое значение работ Р. Бэндлера несомненно. Он, по существу, открыл само явление кодирования образов в психической сфере человека и те способы, посредством которых оно осуществляется, а также показал их регулирующую роль в жизнедеятельности и разработал на этой основе своеобразную «психотехнологию» коррекции различных психических нарушений. Свой метод он назвал нейролингвистическим программированием. Как замечает шутя Бэндлер, он, будучи специалистом по информатике и компьютерному программированию, изобрел это название с той целью, чтобы избежать необходимости специализироваться в области психологии или медицины. Ведь НЛП, по его словам, есть лишь «техника рационального пользования мозгом».

Особенность НЛП как разновидности психологического воздействия состоит в следующем. Разработанная в его рамках психотехнология позволяет производить в сфере сознания и подсознания строго конкретные («локальные») и целенаправленные операции, направленные на изменение какой-то нездоровой привычки, установки, представления, оценки события и т. п.

Самое важное в технике НЛП — то, что она очень легко и органично ложится на изобразительный язык телевидения и кино, а следовательно, может быть легко использована в целях прямого программирования зрительской аудитории: формировать у людей явные сомнения в прежних убеждениях, изменять их вкусы, разрушать симпатии и пристрастия.

Для правоохранительных органов особый интерес могут представлять отдельные направления применения НЛП в противозаконных целях.

Первое из них связано с возможностью средствами кино и телевидения формировать у массового зрителя навязчивые реакции и потребности (в том числе опасения и страхи — фобии).

Второе направление НЛП представляет собой весьма тревожное в социальном плане обстоятельство: возможность психическим способом создавать у субъекта состояния, сходные с теми, которые вызываются приемом тех или иных наркотиков.

Чтобы понять «технологию» таких психических воздействий, необходимо рассмотреть систему тех психофизиологических механизмов, на которых основана практика НЛП.

Как уже отмечалось, в основе НЛП, в отличие от традиционного гипноза, лежит целенаправленная манипуляция с образами, причем программирующие действия проводятся преимущественно со зрительными образами. Это объясняется тем, что зрительное восприятие, будучи основным источником информации об окружающей среде, выступает и в качестве главного «поставщика» первичного образного материала для чувственной сферы. Ассоциативные зоны зрительного анализатора коры головного мозга по своей площади значительно превосходят ассоциативные зоны других органов чувств (слуха, обоняния и пр.). Это свидетельствует о ведущей роли зрения в психорегуляторных процессах жизнедеятельности.

Способность визуализировать свои представления у разных людей колеблется в очень широких пределах. Отдельные индивиды могут в течение длительного времени сохранять в памяти и чрезвычайно живо и детально воспроизводить образы воспринятых ранее предметов и явлений. Такого рода способность, получившая название эйдетизма (от греч. eidos — вид, образ), встречается у некоторых выдающихся художников, музыкантов, артистов. Большая же часть людей не обладает достаточно живым зрительным воображением, что существенно снижает их индивидуальные психорегулиру-ющие возможности.

Воспринятые образы, запечатленные в долговременной памяти, являются не только основой познания окружающего мира. В зависимости от своего значения они так или иначе воздействуют на состояние личности и нередко формируют различные патологические нарушения в организме. Сохранение этих образов в долговременной памяти предполагает их индивидуальную классификацию или группировку. При этом образуется нечто вроде «индивидуальной картотеки чувственных образов». В работах А. Н. Леонтьева в свое время была выдвинута гипотеза об образах мира как многомерных психологических образованиях. К числу их пяти «квазиизмерений» он отнес координаты пространства — времени и «квазиизмерение» значения со множеством различительных характеристик.

Р. Бэндлер, исследуя особенности эриксоновского гипноза, в значительной степени самостоятельно открыл особую индивидуальную градацию характеристик чувственных образов (то, что А. Н. Леонтьев называл «квазиизмерениями»), посредством которой субъект «сортирует» свои образы по их значимости и временным характеристикам. Исходя из того, что в психологии виды чувственных восприятий (зрительные, слуховые, обонятельные и пр.) принято называть модальностями, частные характеристики каждой из модальностей Бэндлер назвал субмодальностями. Применительно к психотерапии открытие категории «субмодальностей» образов означало создание многообещающего и почти самостоятельного направления. Полезность модели субмодальностей для понимания любой внутренней работы человека убедительно доказана практикой.

Субмодальности — это способы, которыми наш мозг сортирует и кодирует приобретаемый опыт. Понимание их роли в психическом кодировании образов внешнего мира открывает возможность переконструирования долговременных состояний человека, в том числе и патологических.

Целенаправленному вмешательству в субъективный мир человека посредством НЛП предшествует исследование специфики проявления субмодальностей у данного индивида. Без этого невозможно провести действенную операцию перепрограммирования, так как «маркировка» образов всегда индивидуальна, хотя в ней можно выделить и некоторые общие признаки.

Что касается зрительных образов, то обычно «маркерами» их значимости являются такие субмодальности, как яркость «картинки», ее цветность. Яркость часто бывает «меткой» актуальности образа (чем ярче, тем важнее). Цветность может выражать степень спокойствия визуализируемого образа, так как воспоминания о стрессовых ситуациях всплывают перед мысленным взором в черно-белом варианте. Размер визуализируемой картины чаще всего соответствует переживаемой эмоциональной реакции: больший — интенсифицирует переживание, меньший — снижает его. Соответствующее действие производят такие ее качества, как контрастность, расстояние до «картинки», ее движение, пропорции, обрамление, четкость и т. п.

Р. Бэндлер различает 39 модальностей зрительных образов, 19 слуховых (громкость, высота звука, его дискретность, длительность и пр.), И кинестетических (температура, интенсивность, расположение, протяженность и т. д.).

Одним из важных критериев значимости образов является их отношение к так называемой «временной линии», т. е. к временному параметру действительности. Установлено, что у людей существуют различные способы субъективного моделирования временных периодов (будущего, настоящего, прошлого) во внутреннем пространстве психической сферы. При этом способы, которыми индивиды представляют временные периоды, обусловливают особенности их способностей и возможных ограничений. Многие психические проблемы связаны именно с тем способом, каким человек представляет себе время.

Р. Бэндлер установил, что, как правило, люди «сортируют» время с помощью комбинации субмодальностей и местоположения «картинки» — образа на временной линии. Расположение этой линии также носит индивидуальный характер. У большинства людей прошлое находится слева от них, а будущее — справа, у меньшей части — наоборот. В некоторых случаях будущее находится далеко впереди или вверху, настоящее — на расстоянии вытянутой руки, прошлое — за спиной или глубоко внизу. Эти представления характеризуются определенной жесткостью и постоянством, и многие психологические проблемы бывают вызваны тем, что какой-то зрительный образ своевременно не уходит в пространство прошлого, «застревает» в поле настоящего и тем самым вызывает навязчивые воспоминания или страхи.

Диагностика особенностей субмодальностей индивида позволяет производить определенные целенаправленные психические действия по коррекции неадекватных установок, состояний и реакций. В этом смысле НЛП часто характеризуется как психотехника, позволяющая быстро диагностировать причины неблагоприятных состояний и устранять их.

Бэндлером была открыта не только система кодирования параметров значимости образов (субмодальностей), но и некоторые фундаментальные закономерности функционирования психических программ человека, имеющие важное значение для практики психотерапии.

Первая из таких закономерностей — положение о том, что «мозг обучается путем быстрого прокручивания паттернов», или, как уточняет в другом месте сам автор, мозг обучается быстро; медлено он не обучается1 . Это значит, что психические явления, реализующиеся посредством однократной мгновенной реакции запечатле-ния, представляют собой гораздо шире используемый компонент высшей нервной деятельности, чем это считалось ранее.

Эффект запечатления как стойкое удерживание в памяти определенного образа без повторного раздражения открыт И. С. Бериташвили (1947) и назван им «психонервным комплексом представления». Несколько позже (1964) было установлено, что этот комплекс обладает чертами устойчивой образной памяти и играет -ведущую роль в индивидуальном поведении высших организмов.

Бэндлер показал, что «быстрое обучение» мозга является одним из обычных режимов психической деятельности, хотя мы далеко не всегда отдаем себе в этом отчет. Большинство из нас, утверждает он, позволяют своему мозгу беспорядочно формировать перед внутренним взором случайные образы, и нам ничего не остается, как в ответ на это хорошо или плохо себя чувствовать. Но от навязчивого воспоминания, по его мнению, легко избавиться. Поставьте мысленно перед собой беспокоящую вас картину и делайте ее все более и более тусклой. Если вы достаточно сильно убавите яркость, она больше не будет вам досаждать .

Второй важной особенностью методического подхода к коррекции патологических установок и реакций является обнаруженное Бэндлером диаметрально противоположное действие так называемых ассоциированных и диссоциированных образов.

Ассоциированный образ характеризуется тем, что он мысленно вновь видится собственными глазами и опыт восприятия его заново переживается.

Главное условие диссоциированного представления образа — способность с любой точки зрения видеть себя, воспринимающего данный образ («мысленно смотреть фильм о себе, воспринимающем соответствующий образ»).

Важное свойство этих представлений состоит в том, что, воспроизводя образы ассоциированно, человек вновь ощущает и переживает первоначальную чувственную реакцию, тогда как диссоциированные «картинки» полностью свободны от своего эмоционального компонента. Именно поэтому диссоциация используется в тех случаях, когда необходимо контролировать боль или вспомнить детали стрессовой ситуации, не переживая заново их чувственной составляющей. НЛП, к примеру, рекомендует: всякий раз, садясь в зубоврачебное кресло, старайтесь мысленно наблюдать за поведением своей особы со стороны — и боли вы не почувствуете. Как отмечает Бэндлер, «диссоциация особенно полезна для интенсивно неприятных воспоминаний».

Третьей важной закономерностью, плодотворно используемой в психотехнике НЛП, является малоизвестная способность психики к мгновенному переконструированию образов под воздействием различных приемов. Именно посредством таких воздействий НЛП можно быстро разрушать навязчивые и неприятные воспоминания, устранять ореол важности в облике некоторых лиц и организаций, ликвидировать вредные привычки, установки, убеждения. В этих целях используется множество надежных и практически отработанных психотехник.

Сюда относятся методики «кратчайшей терапии» (мысленное наложение гротескной музыки на картины тяжелых воспоминаний, с тем чтобы уничтожить их раздражающее действие; условный «просмотр фильма» о неприятном воспоминании в обратном порядке, задом наперед; представление действия, разрушающего беспокоящую картину и превращающего ее в груду развалин и т. п.).

Четвертой особенностью психики, выделяемой Р. Бэн-длером, служит способность мозга легче усваивать направление своего развития (больше — меньше, быстрее — медленнее и т. п.), чем конкретное содержание формируемой программы, Бэндлер так формулирует свою мысль: мозг не обучается получать результаты; он обучается придерживаться направлений1 ., „ ,

Исследователем разработан целый ряд более сложных методик психического воздействия («техника взмаха», «якорение», «взрыв навязчивости» и др.), представляющих собой новое слово в психотерапии, однако подробное их описание не входит в задачу данной книги.

Для нас важно, что методика НЛП располагает действенными психологическими рычагами, которые в принципе могут быть использованы для причинения вреда отдельной личности или группе людей, выступающей в качестве кино- или телезрителей. Такого рода противоправные действия могут состоять, в частности, в формировании навязчивых потребностей, установок, а также навязчивых страхов (фобий).

Навязчивость психических реакций в качестве болезненного явления распространена довольно широко. Некоторые авторы (А. Г. Иванов-Смоленский, В. Н. Мяси-щев, Е. А. Попов, Н. П. Татаренко и др.) даже признавали невроз навязчивости самостоятельной формой заболевания. Однако большинство отечественных неврологов считают, что, являясь одним из частых проявлений слабости нервных процессов, навязчивые состояния встречаются не только при всех формах неврозов (неврастении, истерии и психастении), но и при некоторых психических заболеваниях. Очевидная общность психических механизмов формирования навязчивых явлений и синдромов патологического страха (фобий) заставила клиницистов объединить эти нарушения в одну общую группу.

Очень часто навязчивые явления, как и фобии, развиваются по механизму условно-рефлекторных связей или запечатления, и НЛП не только легко разрушает такие связи, но и столь же легко может их образовывать. В некоторых случаях предмет навязчивого действия или фобии заимствуется из полузабытых впечатлений детства, но чаще всего он бывает приобретением более старшего возраста. Разработчикам психотехник НЛП удалось во многом расшифровать механизм образования навязчивых состояний. Как установлено, такого рода болезненные нарушения возникают у человека вследствие того, что запечатленный в памяти образный стимул оказался выделенным в ряду других особым дополнительным признаком — «субмодальным компонентом».

Хотя кодирование воспринятых образов носит строго индивидуальный характер, практика нейролингвистичес-кого обследования показывает, что все выявленные варианты кодов укладываются в несколько наиболее распространенных групп. Это существенно облегчает диагностику частных вариантов. Кроме того, обычно существует единственная аналоговая субмодальность (чаще зрительная), которая «запускает» навязчивость и придает ей принудительный характер. Определив эту ведущую модальность, можно быстро и эффективно устранять навязчивые реакции. Однако для нас важно, что с такой же легкостью НЛП позволяет произвольным образом формировать навязчивые потребности или установки. Более того, в одном из методических пособий по НЛП описывается технический прием «создания навязчивости» и приводятся подробные условия его реализации1 .

Безусловно, эти научные открытия не прошли мимо тех средств массовой информации, которые используют «зрительный ряд» в качестве главного инструмента психологического воздействия. Особенно поднаторели в этом компании, специализирующиеся на изготовлении видеоклипов и других рекламных материалов. Использование здесь приемов НЛП для формирования навязчивых установок и псевдоценностных ориентаций практикуется все более широко и безответственно.

Практика показывает, что задача преднамеренного программирования средствами НЛП реализуется у разных людей по-разному. У одних субъектов складывается более сложная система определения ценностей, и соответственно им очень трудно искусственно внушить какую-либо «ценность». В этом случае необходимо построить много значимых функциональных связей между актуализируемым (рекламируемым) объектом и другими ценностями жизни. Людям с более простой системой формирования навязчивостей значительно легче навязать программу псевдопотребностей. В этом случае, к примеру, у них развивается склонность приобретать множество вещей, которые на деле оказываются совершенно ненужными и превращают жилище в чулан.

Таким образом, низкий уровень общей культуры человека упрощает его систему общей ценностной ориентации и тем самым делает его более предсказуемым и управляемым средствами массовой информации (СМИ). Можно добавить, что в этом случае он более доступен и воздействию методов НЛП.

Другим методом НЛП, который должен заинтересовать криминалистов, является возможность чисто психической репродукции наркотического опьянения, т. е. аутогенного формирования «наркотического кайфа» без использования наркотика. Психотехнологи НЛП утверждают, что только эта методика предоставляет своеобразное «средство передвижения» для «доставки» индивида из ситуации нормального мировосприятия в измененное состояние психики, в том числе и наркотическое. Психологическое «путешествие» в такое состояние может быть реализовано лишь в том случае, если у субъекта уже имеется некоторый опыт пребывания в нем, т. е. если он ранее принимал соответствующий наркотик.

Отмечая исключительные достоинства наркотического опьянения без приема наркотиков, сторонники этого метода заявляют: «Если вы можете войти в состояние мысленно, без наркотиков, то вы имеете то преимущество, что можете выйти из него, когда захотите, и избегаете множества нежелательных последствий. Вы легко можете контекстуализировать свое наркотическое состояние так, что оно не будет вмешиваться в вашу остальную жизнь. Если вы научите этому процессу наркоманов, то они смогут использовать его для доступа к ресурсам, существующим в наркотическом состоянии, безо вяких последствий» .

Оптимизм приведенных суждений, несомненно, является следствием непрофессионализма. Если бы их авторы чуть глубже изучили этот вопрос, то без труда поняли бы свою ошибку. В природе не бывает «бесплатных» наслаждений. Древняя восточная мудрость гласит, что «от смерти к смерти идет тот, кто наслаждается неведением; но еще печальнее участь того, кто наслаждается знанием». Даже без приема наркотиков регулярная стимуляция центров удовольствия повышает их порог возбудимости, начинает требовать все больших «доз» раздражителя и приводит к развитию патологических состояний, именуемых еще со времен христианского подвижничества «прелестью», т. е. самоцельной погоней за «кайфом». Сначала это приводит к разрушению нормальных социальных связей, а затем и к дефектам умственной деятельности. В свое время, размышляя о природе радости, К. Э. Циолковский пришел к выводу, что «наши печали и тяжелое чувство жизни имеют источник в наших радостях или происходят от них же. Они — причина нашей печали» . И нет сомнения в том, что те «радости», о которых хлопочут вышеупомянутые авторы, непременно повлекут за собой соответствующие печали.

Однако в «кинестетических состояниях», как именуют эти авторы явления наркотического опьянения, формируемого исключительно психическим путем, имеется и определенное рациональное зерно. Этот метод может оказаться полезным в комплексном лечении традиционных наркоманий. Не исключено, что, приложив немалые врачебные усилия, настоящего наркомана можно перевести на аутогенное формирование наркотического «кайфа» без применения наркотиков. Вопрос лишь в том, как затем лишить данного субъекта возможности того «беспроблемного» наркотического самообслуживания, которое ему сформировали. Нет твердой уверенности, что психологический вариант наркомании будет лечиться легче, чем ее традиционная «химическая» форма. Ведь, узнав и опробовав путь, как самостоятельно «туда» попасть без наркотика, психонаркоман уже не откажется от приобретенного преимущества. Он будет всячески его развивать и совершенствовать, вплоть до наступления умственной деградации. При этом, как и традиционный наркоман, он станет заботиться о приумножении рядов себе подобных, о преступном распространении техники НЛП, которая обеспечивает выполнение этой задачи.

Подтверждением сказанному может служить отрывок из упомянутого нами методического пособия. Под заголовком «Использование наркотика для отдыха» содержатся следующие «рекомендации»: «Выявив свою последовательность для конкретного наркотика, вы можете научить ей других и попросить других научить вас той последовательности, которую используют они сами. Вы можете использовать последовательность друг друга как «рецепт» для входа в это состояние. Это прекрасный способ начать вечеринку; никому не надо ничего покупать, или беспокоиться о соблюдении закона, или испытывать трудности, когда позднее надо вести машину домой. То, что названо «контактным кайфом», является тому примером. Если вы действительно хорошо синхронизируетесь с кем-либо, то и вы будете переживать те же субмодальности, что и они» .

Следует отметить, что проблема психонаркомании как одна из сторон теории «кинестетических состояний», разработанной в рамках НЛП, берет свое начало в работах по воспроизведению в гипнозе ранее пережитых болезненных состояний, которые проводил К. И. Платонов еще в 1925 г. В основе этих работ лежали теоретические представления классиков отечественной физиологии об особенностях функционирования центральной нервной системы. Так, И. М. Сеченов отмечал, что «между действительным впечатлением с его последствиями и воспоминанием об этом впечатлении со стороны процесса в сущности нет ни малейшей разницы»2 . О потенциальной возможности воспроизведения ранее пережитых состояний говорится и в трудах И. П. Павлова.

В 1975 г. в рамках исследований по моделированию состояний человека мы воспроизводили в гипнозе различные степени алкогольного опьянения и сопоставляли их по параметрам работоспособности и физиологических функций с ранее перенесенными реальными состояниями. Данные экспериментов подтвердили возможность репродукции алкогольного опьянения, сопровождающейся всеми признаками этого состояния. В последующих опытах подобного рода была обнаружена возможность произвольного программирования силы и яркости проявления воспроизводимых реакци .

В исследованиях по НЛП авторами была обнаружена возможность воспроизведения наркотических интоксикаций в обычных состояниях релаксации, вызываемых как аутогенным, так и гетерогенным способом. Сама технология воссоздания ранее пережитых ощущений построена на принципе так называемого субъективного «мельче-ния» («дробления») переходного состояния от нормы к развившемуся «кайфу» и на возможно более точном припоминании последовательности появляющихся ощущений начиная с того момента, когда наркотик только начал оказывать свое действие, и до наступления полной фазы развития опьянения. Важным условием воспроизведения ощущений является припоминание именно характера первичных ощущений (давление, распирание, вибрации и т. п. в каком-то месте), а не их эмоционального действия (волнение, страх, подавленность и пр.). Вот почему формируемые таким образом состояния были названы «кинестетическими», т. е. «динамичными» (подвижными, развивающимися) состояниями. Припоминая аутогенным или гетерогенным способом соответствующую переходную фазу («лестницу»), тренирующийся субъект, как правило, запоминает последовательность и количество «ступеней» в этом «переходе» («лестнице») и легко восстанавливает их в памяти на последующих сеансах. Особенность действия такого рода «кинестетических» процедур состоит в том, что припоминаемая последовательность первичных ощущений ассоциативным образом стимулирует соответствующие вегетативные и психические компоненты, сопровождавшие в реальной ситуации эти ощущения, и «возрождает» всю психофизиологическую картину наркотической интоксикации.

Было установлено, что, исключая отдельные субмодальности или добавляя некоторые новые, можно в нужном направлении перестраивать характер наркотического состояния, устранять его нежелательные элементы (тяжесть, страх, угрозу и пр.), удлинять или сокращать отдельные его фазы. Аналогичным образом изменяется и последовательность воспроизводимых ощущений. Для выхода из кинестетических состояний картина последовательности воспроизводимых ощущений «прокручивается» в обратном порядке. Кроме того, так же как и при аутогенных тренировках, субъект может создавать себе определенный «сторожевой пункт» для срочного выхода из моделируемого состояния в непредвиденных условиях.

Используя описанный принцип, можно формировать любые психические состояния, опыт переживания которых имеется у данного субъекта: алкогольное опьянение, местное или общее обезболивание, «усиление сексуальной отзывчивости» вплоть до «моделирования» оргазма.

В настоящем разделе были приведены далеко не все методы и приемы НЛП. Часть из них не представляет интереса с точки зрения тематики данной книги, другая вызывает большие сомнения в ее действенности. Однако и те немногие методы НЛП, о которых шла здесь речь, должны быть известны широкому кругу читателей, так как при определенных условиях они могут стать источником существенной опасности для личности.

 

Источник: * http://www.01101.ru/index.php/2010-09-28-13-57-54/14-2010-09-28-17-58-59.html

Автор записи: Askhont

Если вы заметили орфографическую ошибку, пожалуйста, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Похожие записи:
Оставить комментарий


Подписаться, не комментируя

Система Orphus